Проект Терра

Об авторе       О книге       Скачать книгу       Читать онлайн
Проект терра

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ


Вы все еще верите, что произошли от обезьяны?

— Мам… я сегодня не пойду, — жалобно пробормотал Сашка, пытаясь спрятать голову под подушку.

— Я те дам, не пойду! Ты вчера, где быть изволил, скажи на милость? – голос матери не скрывал раздраженных интонаций. Она отняла у сына подушку, и из средств пассивной обороны у него осталось только тонкое одеяло, под которое он и спрятался. — Я хотела, чтобы из тебя вышел толк – вот толк видать и вышел – осталась одна бестолочь! В отца непутевого характером пошел?! Где это видано – пропускать занятия в 11-м классе! Не дай бог меня в школу вызовут за тебя краснеть! Потом долго задница красными пятнами светить будет, не посмотрю, что дылда такой вымахал! Хватит филонить, вставай, давай. Все, я ушла на работу. Только попробуй мне прогуляй! Смотри не усни, чайник сейчас закипит!

Громкий хлопок входной двери известил об окончании моральных нотаций, и добавил болевых ощущений внутри черепной коробки, окончательно испортив настроение.

— Все! Встаю! — сказал Санек сам себе и вылез из-под одеяла.

Почесывая бедро, шаркая босыми ногами по обшарпанному линолеуму, он прошел в коридор, запер за матерью дверь и тупо уставился в косяк. В голове было больно и как-то неожиданно шумно, во рту была кака. Последняя бутылка пива вчера вечером была явно лишней, впрочем, наверное, как и предпоследняя... Доковыляв, пошатываясь до ванной, он посмотрел в зеркало.

— Я тебя не знаю, но я тебя сейчас побрею, — пробормотал он. – Все равно надо когда-то начинать!

Более-менее ровный, начинающий чернеть пушок был только над верхней губой, на щеках поросль пробивалась неравномерно, пучками, что никак не добавляло мужественности ее обладателю, поэтому хоть раз в неделю приходилось волосистость уничтожать. Когда с бритьем было покончено, на лице местами появилась краснота и три пореза. Сашка взял с полки бутылочку с лосьоном, представил, как будет щипать, и поставил ее на место.

— А, пойдет для сельской местности, — сказал он после беглого осмотра своего фаса и профиля, взял щетку, пасту и принялся чистить зубы. Спать по-прежнему хотелось, он уперся рукой в край ванны, закрыл глаза и попытался вспомнить вчерашний поход на школьную дискотеку. Вспоминать особо было нечего. В самом начале вечера они нескромно отметили пивом день рождения его приятеля в беседке ближайшего детского сада. Далее все шло по обычному сценарию, тайком пронесенное в школу пиво, танцы, опять пиво, а потом пришла она. Его давняя, класса с шестого, тайная любовь — одноклассница Ленка, самая красивая девчонка в школе, которая, что греха таить, нравилась в школе не только ему одному. Она пришла с каким-то парнем. Будучи уже к тому времени изрядно поддатым, Сашка решил, что все, довольно! Ухажер прямо сейчас будет вызван на дуэль, в ходе которой бесславно падет, окончив свое никчемное существование. Елена Прекрасная обязательно и непременно узнает о его любви, и естественно сразу воспылает ответным чувством, в итоге они будут жить долго и счастливо и умрут в один день.

Он для храбрости принял еще и проснулся дома, со смутным воспоминанием того, как его, матерясь от тяжести и безысходности, почти нес на своем плече друг Тема. Сашка активно помогал ему, стараясь отталкиваться от земли ногами, но процессу транспортировки это только мешало. Доставив Сашку по адресу, Темка — дабы избежать выговора от Сашкиной мамы, не мудрствуя лукаво, прислонил его к входной двери, нажал на дверной звонок и весело грохоча ботинками побежал вниз, перепрыгивая через две ступеньки. Мать, умная женщина, устраивать ему немедленную экзекуцию не стала, помогла добраться до кровати. Зато сегодня вечером ему достанется на орехи. Сашка отлично понимал, что неразделенная любовь за отмазку считаться не будет.

Закончив чистку зубов и поплескав холодной водой на лицо, он еще раз посмотрел в зеркало, вид был уже не такой помятый.

— Дети в школу собирались, мылись, брились, похмелялись, — сказал он своему отражению и пошел на кухню.

Чайник почти выкипел, воды осталось как раз на кружку кофе. Сашка быстро позавтракал, через силу затолкав в себя приготовленный матерью бутерброд с колбасой, собрался и побрел учиться. Идти совершенно не хотелось, но, к сожалению, торнадо не налетел, наводнение не началось и даже встречный ветер не препятствовал его поступательному движению к знаниям. В фойе школы по традиции, перед занятиями, собирались кучки учеников. Делились новостями, сплетнями, травили анекдоты, в общем, весело убивали время до первого звонка.

И как всегда, по традиции, нарисовался Аслан, который очевидно считал, что если не достал кого-нибудь с утра, то день прошел зазря. В этот раз он, как назло, обратил внимание на Лену, которой Сашка вчера, скорее всего, безуспешно, потому что она даже не смотрела в его сторону, хотел признаться в любви. Аслан незаметно подбежав к девушке со спины, рывком подняв край и без того короткой юбки, быстро оттянул резинку трусиков и отпустил. Получился звонкий шлепок по телу. Это событие, конечно, снимал одноклассник Аслана на камеру смартфона. Ленка бросив рюкзак на пол, двумя руками постаралась прикрыться, опустив юбку. Ее лицо густо покраснело, из глаз брызнули слезы. Она вертела головой ища поддержки, но все отводили взгляды. Единственный охранник школы, с лицом запойного сантехника, сделал вид, что рассматривает информационный шит со школьным расписанием. Несколько недоумков восьмиклассников радостно ржали, тыча пальцами, а Аслан, созерцая содеянное и издавая визгливое хрюканье вместо смеха отбегал в сторону Сашки.

Нет! Хватит! В прошлые разы еще хоть как-то можно было находить нелепые оправдания своего невмешательства, но в этот раз кровь закипела не по-детски. Левая рука, повинуясь не здравому рассудку, а бешеной ненависти ухватила Аслана за воротник, а правая, кулаком встретилась с его лицом. Брызги крови из разорванной губы украсили камуфляжные штаны охранника и часть стены.

«От улыбки станет всем светлей…» — совсем некстати прозвучал голос мультяшного зверька в черепной коробке. Следующий удар пришелся по носу. Обмякшее тело Аслана начало падать на пол. На этот раз охранник как-то сразу заметил происходящее и даже резко попытался вмешаться, одна его рука бережно подхватила пострадавшего, а вторая попыталась схватить Санька, как злостного нарушителя общественного спокойствия, но не тут-то было. Сашка увернулся и охранник потерял к нему интерес, занявшись Асланом.

Теперь настала очередь одноклассника Аслана с лупоглазым лицом, на этот раз с заметной печатью ужаса. Для него ситуация была настолько необычная, что он даже не убежал.

— Дай сюда, урод! — зарычал Сашка, выхватил телефон из трясущихся рук и кинул его в стену. Куски пластмассы разлетелись в разные стороны. Пацан, наконец-таки, опомнился и засеменил, оглядываясь к выходу из школы.

Овладевшее Сашкой безумие резко схлынуло, он обернулся, вокруг стояла такая тишина, какую не смог бы создать появившийся лично директор школы. Ленка, уже успевшая поправить юбку стояла, забыв о слезах, с крайне удивленным выражением лица, такие же лица были у всех, кроме Аслана. Радостная улыба у него была заменена слезами и кровавыми соплями, которые он щедро размазывал по лицу.

От чего-то сразу вспомнилась старая сказка про «тараканище», где, ученым словом говоря, целый социум боялся безобидного насекомого. Только славу отважному воробью в Сашкином лице никто петь не будет. До него дошло, каких дров он наломал. К горлу подступил комок, а в животе зашевелился страх. Каждый раз, когда он ставил ногу на очередную ступеньку лестницы, ведущей на второй этаж, его посещали картины одна мрачнее другой. Ильчин, который может сделать с ним все, что угодно, уже сегодня, плюс бесконечные нападки Аслана на него и на Ленку в будущем. Ильчин занимал одну из должностей низшего звена Орской мафии, имел крайне дурную репутацию и очень дорожил своим младшим братом девятиклассником. Он неоднократно и словом, и делом поощрял беспредельные выходки своего брата и не раз приезжал в школу прямо на занятия даже по малозначительному поводу. Сейчас же повод был самым, что ни на есть значительный.

— Подожди! — Сашку ухватила за плечо Ленкина рука, — Спасибо! — сказали пухлые губки и быстро чмокнули Сашкину щеку. Это был лучший поцелуй в Сашкиной жизни, да еще и от девчонки, которая ему безумно нравилась. Железная клешня страха от неминуемой расплаты, сжимавшая Сашкину грудь немного разжалась.

Первым уроком была география. Весь класс смотрел вместо очередных политических карт на Сашку и бесконечные шушуканья, которые учительница вопреки обыкновению даже не пыталась пресечь, лишь добавляли ему нервов. Сашка огляделся – половина пацанов класса смотрели в его сторону с ухмылкой, типа – «Ништяк! Берегите пенсне Киса – сейчас начнется!», а некоторые девчонки смотрели с нескрываемой жалостью. Не было только одной Ленки, которая, никому ничего не объясняя, ушла с занятий.

Еле досидев до конца урока, Сашка со своим другом Витькой по кличке Толстый вышел на крыльцо школы.

— Молодец ты, Сашка! Приласкал этого гада! Но Ильчин тебя за это… э, ну…, сам знаешь! — прогундосил Толстый едва слышно. Об Сашкину спину ударился скомканный тетрадный лист. Сашка зло обернулся, все те же дебилы из восьмого класса, как в детской игре стучали себя кулаками в грудь, бесконечно повторяя — «Я-я-я-я-я-я!», в ежесекундной готовности сбежать. Сашка показал им «фак», обернулся и задал Витьке вопрос:

— Витек! А долго, мы будем терпеть всю эту шлакобень! Можно же объединить усилия всех хороших пацанов и раз и навсегда разобраться с плохими?

— Судя по всему нельзя, — ответил тот. — За злом почему-то всегда сила, Саша! А за нами ничего! Вот и у тебя, Санек, сейчас страх в глазах! Я смотрел вчера по телику один фильм про кунг-фу и там весь такой восточный Дао-лама учит своего бойца, что страх — это оружие и его надо, блин, как-то применять в драке! Правда, полная хрень! Как его превратить в оружие, никак не могу представить. Ыы-х! — сказал Витька, махнув рукой. Сашка молчал.

— Давай вдвоем к ним выйдем! — продолжил Витька, — ну типа убить не убьют, изобьют и отпустят! Тут еще как себя повести, вот помнишь в «Калине красной» главный герой засунул руку в пустой карман и так посмотрел на деревенских обломов, что они все попятились?

— Ага! У меня, прям, вот сразу, также и получится! У него там, вроде, как по сюжету была насквозь мрачная репутация. Вот и прокатило… Как хоть фамилия актера помнишь? — сказал Сашка в желании перевести разговор на другую тему — неважно какую.

— А хрен его знает! Я титры не смотрю мне экшн нравиться! А может тебе в полицию пойти! — оживился Витек, возвращаясь к главной теме дня и тут же снова сник — Хотя вряд поможет — у них и там наверняка подвязки есть, а если и нет — личную охрану тебе все равно не дадут. И что же будет?

— Вот подъедет ко двору школы черная тачка, Витек! И вылезет из нее один не киношный облом в лице Ильчина! А может не один! И в карманах у них я слышал при надобности не пусто! И начнется у меня другая жизнь, или эта закончится! А ты, Витек, уходи сегодня пораньше домой и не лезь в это дело. Там явно ребра посчитают.

— Не-е-е, Сашок! Я уже возжелал погреться в лучах твоей славы и хочу досмотреть этот спектакль до конца! Я не хочу, чтобы, как там кто-то сказал в «Храбром сердце», через несколько лет помирать в своей постели жалея об упущенном моменте сегодняшней битвы!

— Все! Хватит мне мозги плавить. Насмотрелся телевизора, блин! Цитатник ходячий. Пошли в класс. Урок уже идет.

На втором уроке Сашка почти не слушал учительницу и, поглощенный своими проблемами, пялился в окно. Ирина Дмитриевна, как и все преподаватели, была в курсе последних новостей, и делала вид, что Сашки в классе нет. К середине урока, Сашка понял, что учителю до него нет никакого дела, и он, перебравшись за последнюю парту, взял у соседа планшет, зарубился в один из «дефенсов». Орки, тролли, маги, скелеты, различных размеров смерти и другая нечисть хотела пройти по узким коридорам, а Сашка расставлял и улучшал башни, вызывал воинов и, применяя магию, поливал монстров огнем или наоборот замораживал. Игра отвлекла Сашку от мрачных мыслей, и, как раз в этот момент, начали происходить такие события, по сравнению с которыми то, что случилось с ним сегодня, оказалась ерундой, не требующей внимания.

Сначала в Сашкиных руках отключился планшетник, и в классе потух свет. На том отрезке дороги, проходящей мимо школьного двора, что был виден через окно, лоб в лоб столкнулись две машины. Еще одна замерла неподалеку, уткнувшись капотом в столбик знака пешеходный переход. Затем издалека послышались частые взрывы. Ирина Дмитриевна, прервав урок, сказала, чтобы все оставались на своих местах, и вышла из класса. В классе все пришло в движение. Уже ближе грохнуло еще раз, в рамах завибрировали стекла и со стены упал портрет Кюри.

Водитель ядовито-красной «Ауди», застывшей посреди проезжей части, проявлял нешуточное беспокойство за свой аппарат, у которого от столкновения сильно смялся бампер и валил пар из-под капота. Ожесточенно пиная колесо, он тыкал пальцами в смартфон. Упершись в «Ауди», стоял, как вкопанный, джип. «Крепкая машина, почти не пострадала», — подумал Сашка. Владелец «Тахо» вылез на асфальт и полез в карман за мобилой. Рядом замерла пара машин попроще. Словно в насмешку, современные чуда техники по обочине объезжала «Шоха» Витали Алентьева, которого за отрывной характер и созвучную фамилию друзья и знакомые звали Алень. Алень объехал место ДТП и остановился, разглядывая подробности.

— Везет же! — сказал кто-то из одноклассников. — Опять скомуниздил ключи у отчима и катается. Сашка отвел взгляд от обшарпанной, когда-то бежевой «Шохи», и в поле зрения появилось еще одно действующее «лицо» разворачивающихся событий. Небольшой двухмоторный, винтовой самолет с замершими лопастями и выпущенными шасси неуверенно летел над стадионом[1].

Нос самолета судорожно «клевал», но затем медленно поднимался и самолет выравнивался. Летчик пытался облететь двухэтажное административное здание стадиона, но скорости и высоты не хватило, самолет зацепился передним шасси и рухнул вниз. Он уперся носом в землю и, перевернувшись, упал на крышу. Несколько секунд ничего не происходило, затем на правое крыло упала дверь и в ее проеме показались два человека, они уже почти выбрались на крыло, но вдруг на крыше школы что-то фыркнуло, и в самолет уткнулась длинная белая черта, самолет взорвался. Огонь окутал всю машину, в воздух взлетели куски обшивки и плоскостей.

Боковое зрение зафиксировало еще одну белую черту, метнувшуюся к «Ауди». Дальше все смешалось и застыло в Сашкином мозгу, жуткой фотографией: закрутившаяся в воздухе красным волчком машина, верхняя половина водителя, мокро шлепнувшаяся на тротуар. «Тахо» опрокинулся на бок, придавив хозяина. Стекла класса вдавило в помещение ударной волной. Сашка едва успел повернуться спиной к стеклу и, нагнувшись, присел. По спине садануло крупными осколками, к счастью ни один из них не пробил джинсовку. Боль резанула в левой кисти, появилась кровь. Радом кто-то истошно визжал. Не обращая внимания на порез, Сашка развернулся и осторожно выглянул в окно. Следующая белая черта, оказавшаяся инверсионным следом от ракеты, метнулась к «Тахо», джип разметало взрывом. Алень, утопил педаль газа в пол, и четвертая ракета ударила метрах в трех позади «Шестерки». Багажник «Шохи» высоко подлетел над асфальтом, но машина не перевернулась, и Витальке как-то удалось восстановить над ней контроль. С визгом покрышек и виляя задом, шедевр отечественного автопрома исчез из поля зрения.

На третьем этаже в классе химии над ними раздался грохот и крики. Движение в Сашкином классе прекратилось, все уставились на потолок, никто не понимал, что происходит, кто-то продолжал визжать. Санек встал и метнулся к своей парте, но наступив на валяющуюся на полу тетрадку в глянцевой обложке поскользнулся, потерял равновесие и упал, больно ударившись головой о парту. В глазах все плыло. На четвереньках Сашка добрался до своего места и сидя на полу, снял рюкзак со спинки стула, сгреб с парты свои вещи и беспорядочной кипой засунул их в рюкзак, затем начал натягивать его лямки на плечи. Тем временем в классе наверху все стихло. Замерли все и в Сашкином классе. Вдруг раздался грохот и в потолке начали появляться рваные дыры размером с кулак сантиметров через десять друг от друга. Те, кому не повезло оказаться под возникающими отверстиями падали на пол с оторванными конечностями или в разорванном виде. По классу пополз кровавый туман. Теперь уже начал визжать весь класс без исключения. Дыры в потолке описали почти ровный круг, помещение заполнилось пылью. И тут прямо на учеников стоящих у первых парт и оказавшихся внутри круга образованного дырками в потолке, рухнул здоровенный кусок плиты. В лицо Сашке ударило крошево колючих камушков и что-то мокрое, он лег на живот и закатился под упавшую на бок парту. В горле першило, пыль забивала глаза. Ему еще никогда в жизни не было так страшно, но еще страшнее было не знать, что происходит. Поэтому Сашка протер глаза от пыли и осторожно выглянул из своего укрытия. Посреди класса на неровном куске железобетона бывшего когда-то потолком класса физики, как серфер на доске во время прилива, стояла металлическая махина гуманоидной формы с широко расставленными ногами, только в клубах цементной пыли вместо брызг.

Больше всего ЭТО было похоже на коренастого робота с вросшей в плечи головой. Всю его поверхность с головы до ног покрывал красно-желтый окрас, отчетливо напоминавший языки пламени. Прожужжали сочленения «пришельца», когда он распрямился в полный 2-х метровый рост. У Сашки перехватило дыхание, и он замер, глядя на пришельца, как удав на кролика.

Первая мимо железного человека попыталась прошмыгнуть рыжеволосая Юлька. Точнее она просто в истерике бежала к выходу. «Пришелец» выхватил из-за спины длинный клинок. Располовиненное тело девушки отлетело на учительский стол – РАЗ. Тот же клинок пробил насквозь грудную клетку Петьки Сидорова попытавшегося встать с пола – ДВА. У этой твари словно были глаза на затылке – Витька, сидящий у самой двери, стартанул в проем на четвереньках, «пришелец» резво крутанулся на 90 градусов и совсем по ковбойски выхватил из каких-то держалок на поясе что-то, напоминавшее американский «Хеклер». Несколько небольших раскаленных шариков прекратили жизненный бег Витьки – единственного пацана, с которым можно было поговорить по душам – ТРИ.

Из веселого, жизнерадостного парня, любившего «экшн», сделали дымящийся труп. Прямо на его глазах. «Пришелец» развернулся в Сашкину сторону и начал от бедра стрелять в грудь, голову, руки, ноги, каждому, кто успел и не успел еще подняться. Брызнула кровь, полетели подпаленные клочки одежды и человеческого мяса. Сашка спрятал голову за партой и, закрыв руками уши, во все глаза смотрел, как убивают его одноклассников. Прямо перед ним упал растерзанный труп Кольки, взгляд зафиксировал пытающуюся ползти безногую Светку, Катьку, стоящую посреди класса без руки и упавшую после того, как ее голова разлетелась кровавой пылью…

…ВОСЕМЬ…

…ДЕСЯТЬ…

…ДВЕНАДЦАТЬ…

Он остался один. От убийцы его отделяла только тонкая столешница из ДСП так удачно упавшей парты. Сашка понимал, что это его не спасет и смерть неумолимо приближается к нему, пришелец сделает шаг в сторону и увидит его, или услышит стук сердца, стремящегося проломить грудную клетку и выскочить из груди. Но на Сашкино везение еще один кусок потолка упал прямо на голову «пришельцу». Убийца потерял равновесие и рухнул на пол.

— Беги! Беги! Беги! — истерично заверещал в голове внутренний голос, но Сашка, упираясь коленями во что-то мягкое, припорошенный цементом, не двигаясь, смотрел на «пришельца» выглядывая из-за парты. Удар по голове, очевидно, вызвал ряд проблем у незваного гостя. Пришелец неуверенно встал, два раза справа налево рассек воздух лезвием и раздраженно убрал клинок за спину. Небрежно ткнул стволом в крепеж на поясе. Отойдя к окну, где было посветлей, взял себя за то место, где у людей обычно бывает шея, на что-то нажал и снял то, что служило ему головой.

Это был не робот и даже не страшно оскалившийся Хищник. Это был обычный человек с белесыми волосами и аккуратной прической «Площадка». Пришелец, что-то ворча себе под нос, ковырялся в шлеме своего скафандра, пытаясь восстановить его работоспособность, нарушенную ударом.

Только сейчас до Сашки дошло, что в школе стоит грохот и неописуемый крик. Кричали дети и взрослые. До него кроме криков доносились непонятные свистящие звуки, звуки выстрелов и грохот падающей мебели. А этот белобрысый мужик стоит в четырех метрах от него и философски ковыряется в своих «шмотках» с интересом человека, который по пути в свою квартиру просматривает заголовки газеты из почтового ящика. Сашка потихоньку выбрался из-под парты.

Он, стараясь не наступить на валяющийся мусор и тела, подкрался сзади и резко дернул на себя из набедренной кобуры странный пистоль пришельца, с ярко горящей зеленой лампочкой, – тот резко развернулся – на вполне земном лице, с коротенькой, едва заметной бородкой промелькнуло удивление. Сашка перехватился за рукоять обеими руками. Из ствола что-то вылетело, в груди «пришельца» появилась огромная сквозная дырка, через которую стало видно оплавленную выстрелом стену класса. Железный человек, дернув два раза опущенной головой, замер.

Сашка обессилено опустил руки и постарался успокоить выпрыгивающее из груди сердце. Ужас от всего увиденного, страх за собственную жизнь и выброс адреналина буквально разрывали его изнутри. Сашку вывел из ступора взрыв, раздавшийся неподалеку. Он посмотрел на свои перепачканные кровью и пылью руки с зажатым в них трофеем. То, что осталось от класса и одноклассников закружилось перед глазами и Сашку стошнило на пол. Вытерев рот рукавом, он поднял глаза и встретился с остекленевшим взглядом чужого. Его глаза были открыты, он продолжал стоять и взирать с удивлением на забрызганный кровью и рвотными массами пол. На маленького человека, лишившего его жизни. Животный ужас вновь овладел Сашкиным сознанием. Он выскочил из класса и побежал по пустому коридору мимо распахнутых дверей.

***

— Здравствуй, Дэт. Рад тебя видеть. — Бос возник рядом с Дэтом, как из-под земли.

— Здравствуй, присаживайся, — вздрогнув от неожиданности, ответил Дэт и указал рукой на стоящий рядом с ним блестящий, металлический ящик. — Как ты меня нашел?

— Вся корпоративная техника подключена к системе позиционирования. Ты типа не знал, да? — ответил Бос, устраиваясь на ящике.

— Ладно, не важно. Но ты проделал такой путь, чтобы меня найти. Зачем? Что стряслось? Сомневаюсь, что ты просто соскучился, или тебе поболтать ни о чем захотелось.

— А вдруг мне и вправду поговорить не с кем! Знаешь, какие сейчас все занятые? Времени на простое человеческое общение практически не остается! Кстати как отдыхается? Здесь красиво! — Бос вскинул руку в направлении озера. — Подсекай! Клюет!

Дэт вскочил на ноги и дернул удилище на себя. Удочка согнулась в дугу, леска натянулась и, тихо вибрируя, металась из стороны в сторону. Наконец, из зеленоватой воды показалась раскрытая пасть лупоглазого карася. Дэт крутил катушку и подводил его к берегу. Упрямая рыба часто меняла курс и норовила скрыться в прибрежной растительности. Катушка не выдерживала и сбрасывала леску. Бос метался по берегу и активно помогал советами. Через несколько минут упорной борьбы силы оставили рыбу, и она благополучно была заведена в подсак.

— Смотри, какой красавец, килограмма на два — Дэт держал трясущимися руками рыбу за жабры. Вдоволь налюбовавшись, он поместил ее в контейнер для заморозки и расслабленно упал на стул. — Вот за эти минуты я и люблю рыбалку. Рыбе наплевать, какой ты там весь из себя высокотехнологичный и вообще царь природы. Инстинкты заставляют ее бороться, даже когда это кажется бесполезным занятием, и, что самое интересное, часто слепая жажда жизни бывает сильнее человека и его технологий, рыба сходит с крючка…

Дэт расслабленно сидел на стуле и чувствовал, как уровень адреналина быстро входит в норму, азарт угасает. Тем более, что рядом находился человек, которого он совсем не хотел видеть не сегодня, не через неделю. Азарт заменялся раздражением. Он не стал больше забрасывать наживку и положил удилище рядом.

— Чувствую, это последняя рыба на сегодня, как и последний день моего отпуска. Выкладывай, Бос, зачем приехал?

Бос поерзал на жестком ящике и, закинув ногу на ногу, принял максимально комфортную позу. Потом зевнул, посмотрел в упор на Дэта, перевел взгляд себе под ноги и только потом словно нехотя произнес:

— Среди наших акционеров зреет недовольство, Дэт. Прибыль падает. Налоговые отчисления в бюджет уменьшаются. Ты же в курсе, что наш основной акционер — Совет Системы. А мы для них хоть и маленькая, но все-таки курочка, несущая золотые яйца. Вчера на последнем заседании бюджетного комитета они решили дать нам срок шесть месяцев. Если ситуация не улучшится, спишут нас за ненадобностью. Поставят во главе какого-нибудь дуболома типа Кина, антикризисный управляющий наведет порядок, и в итоге проект вообще рухнет. Как тебе такие перспективы?

— А от меня ты что хочешь? Ты у нас коммерсант, ты и думай! Проведи промо-акции, дай скидки, бонусы, еще какую-нибудь ерунду. Что мне тебя учить что ли!? Тем более, что мне вообще ничего не угрожает, я в любом случае буду нужен и работу не потеряю.

— Ты как вчера родился и не понимаешь всей глубины проблемы! Сколько всего игроков может принимать участие в игре? Правильно, двести. А сколько стоит участие в игре? Мы с тобой столько не зарабатываем и никогда не заработаем! Престарелые богатеи геймят уже много лет, кто раньше начал, тот на коне, тот в топе. А основной массе что делать? — Дэт импульсивно жестикулировал. — Рулить своими карликовыми государствами или промышлять так называемым «терроризмом» в попытке урвать хоть маленькую толику власти? Пытаться безо всякой надежды на качественный скачек своего государства составить реальную конкуренцию другим, оно им надо? Играть на вторых ролях никому не интересно. Азарт угасает. Призы и скидки погоды не сделают, игроки не видят перспективы и многие хотят выйти из проекта. А на их место никого не заманишь, денежные люди тонко чувствуют ситуацию и не впишутся в дело, из которого все бегут. Поэтому проект вообще могут закрыть.

— И что ты предлагаешь?

— Нам необходимо вмешаться в игровой процесс.

— Я и так периодически устраиваю волны, ветер и прочие катаклизмы, недавно начал применять глобальное потепление и новые болезни. Эти меры отнимают достаточно ресурсов у супердержав и не позволяют им вплотную заняться маленькими. Мелким локациям остается только воспользоваться ситуацией, — развел руками Дэт.

— Этого недостаточно. Мелочь от всех этих манипуляций страдает тоже. Неужели ты не видишь? Даже последняя глобальная война ничего не изменила, полюса силы сохранились там же, где и были. Ситуация патовая, геймплея практически никакого, проект зашел в тупик. Но все еще можно изменить, если радикально вмешаться в, скажем так, исходный код. Нужно одновременно уничтожить индустриальную, военную и умственную мощь супердержав, естественно не возвращая их в каменный век, но на несколько десятилетий назад отбросить в развитии. При таком раскладе, велика вероятность новой глобальной резни, которая растянется на пару наших лет. Вот тогда юзеры душу и отведут.

— А что будем делать через два года? — Вопрос явно застал Боса врасплох, но он быстро нашелся:

— За это время или ишак сдохнет или падишах, потом и будем думать, что потом, проблему надо решать поэтапно. Короче думай, прикидывай, варианты на рассмотрение жду через три дня. Кстати, отпуск я тебе прекратил с завтрашнего числа. Бывай!

Бос поднялся и быстро пошел по траве к стоящему метрах в трехстах ракетоплану. Закинув свое двухметровое, молодое и сильное тело в кабину пилота, он закрыл кокпит и включил двигатели. Выдав негромкий свист, аппарат быстро скрылся за горизонтом.

Проводив его взглядом, Дэт зло сплюнул себе под ноги и посмотрел в воду. Около берега в прозрачной воде резвилась рыбья мелочь, иногда в глубине между водорослями мелькали тенями довольно достойные экземпляры. Жизнь в воде текла по своему, размеренному сценарию уже тысячи лет и будет течь еще столько же. Рыбам чужды интриги, деньги, власть, их не интересуют колебания на бирже, гибель колонизаторов на далеких планетах, проблема утилизации отходов, в конце концов. В эту минуту Дэт даже немного завидовал им.

Пятьдесят лет назад он, молодой, перспективный специалист пришел работать в корпорацию программистом. Гонимый тщеславием, помноженным на жажду деятельности он быстро сделал карьеру. Уже через четыре года на двери его кабинета отливала золотом табличка — «Начальник отдела крупномасштабных проектов». Именно тогда у него появилась возможность заняться действительно творческой работой. Задолго до его рождения специалисты в различных направлениях науки нашли похожую на свою солнечную систему, одну из планет которой подвергли терраформированию и поселили на ней огромное количество форм жизни. Они пропустили период динозавров, питекантропов и прочих реликтовых существ, сразу заселив Терру существами разумными, способными быстро развиваться, не забыв при этом подкинуть им доказательства существования прошлого. То тут, то там находили останки мамонтов и курганы с оружием воинов и украшениями барышень, якобы существовавших тысячелетия назад. Доказательствами были забиты музеи и исследовательские институты, ученые умы написали тысячи диссертаций об эволюции видов, они увлеченно доказывали друг другу, что рыба может превратиться в птицу, напрочь игнорируя вопрос возникновения изначальной жизни. Впрочем, этим они не сильно отличались от земных ученых. Единственным отличием Терры от своего прототипа Земли, было относительное время. Жизнь на Терре пролетала намного быстрее. Почему Проект Терра развивался с такой интенсивностью, Дэт не знал. В ту пору набирала скорость космическая экспансия человечества, колонисты терпели тяготы и лишения, терроформированию подвергались намного менее подходящие, чем Терра, планеты. Все шло медленно и трудно. А тут такое внимание властей и зеленый свет всем начинаниям.

Было в этом много странного, особенно то, что проект развивался под грифом секретно. Знали о проводимой работе ограниченный круг ученых и управленцев. Может, это было связанно с выращиванием на Терре искусственных людей и власти не хотели будоражить общественное мнение, может еще с чем, версий можно построить много. Дэту удалось узнать только, что проект разрабатывался, как лаборатория для наблюдения за развитием белковой жизни. Изучая жизнь на Терре, ученые пытались познать историю развития человечества на Земле. Они наблюдали за ними, как наблюдает ребенок за кузнечиками в банке. Но именно Дэт нашел способ управлять развитием цивилизации на Терре. Он стал Богом этого мира. Постепенно он приобрел симпатию к некоторым народам Терры и очень осторожно вмешивался в течение истории, помогая им. Очень быстро руководство заинтересовалось его игрушкой и решило банально заработать. Тем более что к тому времени к рулю встали люди, которые считали, что наука ради науки никому не нужна. Научные исследования должны приносить пользу людям. Ему пришлось превратить проект в он-лайн игру, приняв участие в которой, желающие могли ощутить себя вершителями судеб целой планеты. Поначалу он тоже играл и в полной мере ощутил чувство всемогущества. Под его руководством рождались и умирали миллионы не виртуальных, а живых существ. Они любили, радовались жизни, страдали, вели войны и считали, что они хозяева своей жизни. Постепенно рейтинг игры достиг заоблачных высот, как и плата за участие в ней. В нее начали играть проматывающие свои состояния миллиардеры, отошедшие от дел. Некоторые буквально заболели проектом и, набив себе много виртуальных шишек, сумели занять господствующее положение на Терре. Другим повезло меньше, и сейчас они хотят выйти из игры и унести с собой деньги. Понятно, что о игре знали немногие, это был закрытый клуб и поиск новых игроков может нарушить завесу секретности и отнять у проекта налет элитарности. К каким политическим последствиям это может привести, Дэт не задумывался, его дело наука.

Собрав все снасти и принадлежности, Дэт перенес их в свой ракетоплан и с грустью посмотрел на окружающий пейзаж. Закатное Солнце хваталось рыжими лучами за небо в тщетной попытке не утонуть в водах огромного озера.

— Что-то я сентиментальным становлюсь, а зря. Циники рулят в наше время, — сказал он сам себе и полез в кабину.

***

— Дэт, мистер Бос ждет вас через 20 минут, — вкрадчивым голосом проговорила появившаяся на экране коммуникатора красивая головка Сеты, помощницы Боса и отключилась.

Дэт встал и вышел из кабинета. До офиса Боса можно добраться с помощью лифта за десять секунд, но Дэт предпочитал ходить к нему пешком, тем более что на 70 этаже их башни на балконе было сделано панорамное остекление и оттуда открывался потрясающий вид. Вот и сегодня он встал у открытого окна и, хотя видел все это не в первый раз, как это с ним часто бывало, замер от восхищения. Огромный мегаполис раскинулся во все стороны до горизонта. Между небоскребами сновали ракетопланы, орбитальные челноки заходили на посадку и взлетали с космопортов, далеко внизу бурлила жизнь пешеходная. Кристально чистый воздух наверху добавлял голубизны небу, на которое карабкалось Солнце. Легкий утренний туман у земли, окутавший человеческий муравейник, стремительно таял, делая детали более точными. Город давил своей мощью на психику Дэта, но он все равно приходил сюда, потому что в эти моменты его «Я» падало до нормального уровня, здесь он был всего лишь одним из атомов, из которых сложена вселенная.

Внизу сновали маленькие фигурки людей. Через дорогу от здания корпорации стоял одинокий человек с небольшим плакатом. Отсюда надпись было не видно, но Дэт знал, что там написано «Люди, одумайтесь!» Человек с этим призывом стоял там два раза в неделю по несколько часов вот уже два месяца. Поначалу о нем даже писали в сети, а журналисты самой крупной социальной сети сделали о нем сюжет. Дэт видел ту запись. Смысл стояния с плакатом человек, оказавшийся космомонтажником, объяснял просто: он хотел, чтобы люди задумались над тем, как они живут, человечество все больше падает в пучину лени и бессмысленности жизни. Такой «варварский» способ выражения протеста он выбрал потому, что только так можно привлечь внимание. В сети любая мысль тут же обрастает множеством комментариев, и люди перестают понимать, о чем вообще идет речь. Сейчас человек с плакатом уже стал привычной частью улицы, большинство жителей города, так же как воды реки обтекают лежащий в ней камень, просто проходили мимо, даже не обращая на него внимания.

Дэт взглянул на часы. Времени оставалось как раз, чтобы успеть к Босу. Пунктуальность Дэта давно стала легендой корпорации, по нему в буквальном смысле сверяли часы, и он старался не разрушать свой имидж. Быстро пройдя несколько лестничных маршей, он попал на этаж, где располагались топ-менеджеры корпорации.

По внешнему виду начальства Дэт понял, что со времени их последней встречи, что-то произошло. Бос улыбался во весь рот, в его руках был прозрачный бокал, в котором плескалась ядовито-фиолетовая жидкость. Кабинет переполняла музыка, какие то, наверное, ультрамодные кибер-панки терзали инструменты. Пресытившиеся электронщиной меломаны требовали от музыкантов живого исполнения, а те с радостью шли им на встречу. Бос явно что-то праздновал. Увидев Дэта, он выключил музыку и пригласил его присесть. Услужливое кресло мягко приняло визитера в свои объятья и подогнало себя под его фигуру.

— Здравствуй, Дэт. Коктейль хочешь? Бодрит! – Бос махнул рукой в сторону блестевшего полированными боками шейкера.

— Спасибо нет, а по какому поводу банкет?

— Я знаю, как решить нашу проблему с Террой! — скороговоркой выпалил Бос и сделал театральную паузу, пытаясь по выражению лица Дэта угадать его реакцию.

Такого оборота Дэт не ожидал, он за три дня проделал колоссальный объем работы, но так и не пришел к оптимальному варианту решения вопроса. Все до чего он додумался либо требовало много времени, либо являлось полумерой. Поэтому на его лице застыло недоумение.

— Ты, надеюсь, слышал о ребятах из игрового клуба «Хантер»? — увидев утвердительный кивок, Бос продолжил, — У меня есть предварительная договоренность об отправке их на Терру, они быстро наведут там порядок. Хотя будет правильней сказать, быстро устроят беспорядок планетарного масштаба. Я понял, что изменениями программного кода проблему не решить, поэтому мы запустим мощный, разрушительный вирус в систему. И всем будет хорошо.

— Да ну!? — искренне удивился Дэт. — Никто не разрешит десантирование с военными целями на планету заселенную разумными существами, ведь тогда аборигенам станет ясно, что они во вселенной не одни, и их соседи настроены агрессивно. Это подтолкнет целую цивилизацию развиваться только по пути отражения вторжения пришельцев. К тому же убийство противозаконно!

— Тихо, тихо! Не шуми! — Примирительно выставил ладони перед собой Бос. — Я проконсультировался с юридической службой, Совет Системы одобрит наше ходатайство о вооруженной акции, потому что население планеты всего лишь научный эксперимент и выведено искусственно. Они лабораторные мыши, следовательно, законы Системы на этих «разумных существ» не распространяются. А то, что там начнется тотальная милитаризация, меня вообще не волнует. Если же кто-то решит противиться нашему решению, то наше лобби в Совете однозначно протолкнет этот вопрос.

— Но ведь парни из «Хантера» всего лишь виртуальные бойцы, неужели они готовы рисковать жизнями и убивать себе подобных?

— Я больше, чем уверен, что они на это согласятся. Не все конечно, но нам все и не нужны. Мы живем в эпоху перенасыщения. Новые эмоции и впечатления, вот что ими двигает. Им надоело поливать виртуальные воплощения друг друга виртуальной плазмой. А тут мы им предоставим огромную игровую локацию, целую планету с безграничными пространствами, изменяющуюся в реальном времени, никакой линейности, все неожиданно и ново. Поэтому они с радостью ухватятся за мое предложение и к тому же еще можно с них содрать кучу денег за развлечение. Возьмем с них подписки о неразглашении, все будет шито-крыто.

— Где ты возьмешь оружие и снаряжение? – продолжал искать уязвимые места в плане Боса Дэт.

— С обеспечением всем необходимым нам поможет Совет Системы, ведь они тоже заинтересованы в нормальном функционировании проекта. Тем более, что мы пообещаем им провести тестирование новейших систем вооружения.

— Бос, это не выход! Какие-то варварские методы! Я не буду участвовать в этой резне, я против подобного решения проблемы! Пусть они и, как ты выразился, лабораторные мыши, но они такие же, как мы, можно сказать, что они наши клоны, то есть полностью идентичные нам. — Дэт скрестил руки на груди, демонстрируя свое неприятие идей Боса.

— Во-во, прямо в цель, клоны! Клонирование живых существ запрещено лет пятьсот назад, и по закону клоны должны уничтожаться, как только перестают представлять научный интерес. Поэтому не следует на них пытаться проецировать общепринятую мораль. И вообще! Предложи другие варианты! Судя по всему у тебя их нет? — Бос победно посмотрел на Дэта и осушил бокал. Поглядев сквозь хрусталь на потолочный светильник, наплескал из шейкера себе еще, — Ладно не заморачивайся, я все уже решил. Как говорили в старину, приговор окончательный и обжалованию не подлежит!

— Хорошо. Допустим, ты прав, и это единственный выход из сложившейся ситуации, но как ты объяснишь нашим игрокам, что случилось с их империями? На нелепый системный сбой такие изменения не свалишь.

— Мы ничего не будем от них скрывать. Я предложу им на время операции другую игру. Можно устроить что-то типа тотализатора, они получат возможность делать ставки на страны, которые, по их мнению, будут сопротивляться вторжению дольше всех или наоборот меньше, или еще на что-то, вариантов, если подумать масса. Наблюдать за ходом событий они смогут почти в реальном времени, мы повесим на орбиту Терры телекоммуникационный центр со спутниками.

— С чего ты взял, что они согласятся на такое? Ведь после акции игровой баланс окончательно разрушится, многим достанутся огрызки империй.

— Сразу видно, что ты никогда не болел игрой. Настоящего геймера такие осложнения не должны пугать, ведь у него появляется возможность всем доказать свою исключительную крутость и, проявив максимум сообразительности, выиграть даже при таком раскладе. В конце концов, есть такое понятие как фора, в нашем случае сильные игроки просто дадут ее слабым. Скучно им, понимаешь?

— А если предположить, что все выйдет не так, как рассчитано, что тогда?

— Тогда ты устроишь очередной всемирный потоп! Опыт у тебя есть. Потом по быстрому создашь новую цивилизацию, и шоу начнется заново. Поэтому предлагаю прекратить бесполезную дискуссию. Повторюсь, я принял решение и воплощу его в жизнь. Кстати, есть предложение возобновить твой отпуск. Будешь удить рыбу и любоваться первобытными красотами природы, а когда вернешься, все уже закончится. Что скажешь?

— Не согласен. Подожду теперь следующего отпускного цикла.

— Как хочешь, дело хозяйское. Больше не задерживаю, иди, работай.

Дэт освободился от объятий кресла, ставшего к концу разговора совсем неуютным. Дойдя до двери и уже протянув руку к сенсору открывания, он обернулся, навязчивая мысль не давала ему покоя, и спросил:

— Ты тоже полетишь… за новыми ощущениями?

— Да. Такая возможность предоставляется раз в жизни, или вообще никогда. Думаю… там будет интересно! К тому же сейчас набирает силу мнение, что насилие и кровопролитие необходимо запретить даже в кибер пространстве. Дескать, оно пагубно влияет на психику людей. Поэтому воспользуюсь выпавшим шансом.

Дэт молча вышел. Дверь мягко закрылась, он молча прошел мимо Сеты, сидевшей за ресепшеном, и, опять выйдя на балкон, задумался, глядя на раскинувшийся внизу город.

Человечество существует уже 3428 лет с рождества Христова. За это время оно могло несколько раз скоропостижно прекратить свое существование. Перенаселение, нехватка ресурсов, алчность и жажда власти отдельных индивидов, развитие науки и технологий толкало вперед развитие способов убийства себе подобных. До 2300 года произошло четыре мировые войны, в которых доставалось даже Австралии с Антарктидой, и каждая из этих войн, только добавляла проблем. Военные действия требовали больше ресурсов, чем с их помощью завоевывалось.

Разрозненное человечество гибло от неумения договориться друг с другом. Вместо тотального разоружения оно строило боевых роботов ужасающей мощи, надеясь с их помощью отнять у соседа материалы на постройку новых боевых машин.

Колыбель человечества — Земля была истощена до предела, экосистема нарушена, на планете бушевали эпидемии, сотни миллионов умерли от голода. Локально применялось даже ядерное оружие. Людям здорово повезло, что здравый смысл все-таки не окончательно покинул головы правителей, и обмен ядерными ударами не превратился в последнюю войну человечества с самим собой. Как сейчас пишут историки в своих трудах, это был настоящий закат цивилизации. Но с 2312 года все начало меняться, люди устали от происходящего, в обществе начали крепнуть пацифистские настроения, армии прекратили выполнять преступные приказы. Земляне остановили бойню, создав единое мировое правительство позже названое Советом Системы. Путь к всеобщему объединению и мирной жизни был усеян сотнями миллионов человеческих трупов, но результат того стоил. Человечество было спасено.

К 3000 году развитие науки достигло уровня, предсказываемого писателями фантастами еще в 19 веке. Люди колонизировали ближайшие звездные системы, используя для путешествий принцип искривления пространства. Космическая экспансия набирала обороты. Все промышленные предприятия были выведены за пределы Земли, экосистема планеты восстановлена, человечество победило болезни, и люди стали жить в среднем по 200 лет. Уровень умственного развития по сравнению с человеком 21 века значительно повысился. Не стало бедных, преступников, больных и некрасивых. Численность человечества достигла 20 миллиардов, и правительство предпринимало все возможные меры для того, чтобы она в этих пределах и оставалась. 12 миллиардов человек жили на Земле, еще восемь были раскиданы по заселенным в результате космической экспансии планетам и лунам в Солнечной и других системах. Появление новых членов общества было строго регламентировано, люди превратились в генетически выверенный механизм, выращенный в инкубаторах, что такое дети и родители люди уже давно забыли.

Человеческий гений вмешивался в любую сторону жизни. Но как бы то ни было, деньги по-прежнему оставались мерилом многих вещей, законы экономики не удалось изменить даже Совету Системы. Принцип «от каждого по способности, всем по потребности» не действовал и в 3428 году. Люди не превратились в роботов без эмоций и мечтаний, и многие старались максимально удовлетворять свои желания. Конечно, правительство в виде социальных гарантий обеспечивало комфортный уровень жизни любому жителю системы, но не более того. Можно было не работать совсем, но если ты хотел иметь сверх положенного лимита, приходилось прикладывать все свои силы и мозги. И в этом почти идеальном мире, пожалуй, единственного чего не было в жизни большинства людей, острых ощущений. Всякие экстремальные выходки были запрещены законом, как опасные для жизни. Многие начали играть, виртуальная реальность помогала отвлечься от пресной реальности реальной и дарила людям эмоции. В итоге это привело к тому, что Совет, наплевав на принципы гуманизма, основываясь на которые, кстати, строил свою политику, санкционирует войну пусть даже и с искусственно выведенными существами. В том, что Совет это сделает, Дэт не сомневался, корпорация могла уговорить кого угодно и, судя по всему на что угодно. Шоу должно продолжаться!

***

Бос проводив взглядом Дэта, включил музыку, откинулся на кресле и залпом допил коктейль. Теплая волна алкоголя докатилась до желудка и, смешавшись там с ранее употребленной порцией, ускорила насыщение крови продуктами распада спирта. Приятное ощущение расслабленности растекалось по всему телу, и Бос минут пятнадцать без единого движения и с закрытыми глазами предавался приятным мыслям о будущем… «Хватит балдеть», — наконец, решил он и достал из ящика стола баллончик с аэрозолем. Брызнув один раз себе в рот содержимым, он ощутил, как хмель моментально испарился, и мысли начали выстраиваться в стройную, организованную колонну.

— Придумают же, – сказал он сам себе, глядя на баллончик, и бросил его обратно в ящик.

Он нажал на кнопку включения компьютера, и над столом появилась голубоватая 3D голограмма. Бос ввел на сенсорной клавиатуре пароль доступа и удобней расположился за своим рабочим местом.

— Центральный сервер, проект Терра, файлы Дэта, открыть для просмотра, — повинуясь каждой из этих голосовых команд, компьютер производил необходимые действия и менял изображение на голограмме. Какое-то время он провел за сортировкой и поверхностным анализом полученной информации. В итоге перед Босом появились ключевые цели на Терре. Китай, Россия, Германия, Англия, Франция, США, Япония, Индия, каждая из этих стран играла огромную роль в мировой политике и имела на своей территории сотни объектов и персон, подлежащих уничтожению: главы стран и их министры, военные базы, заводы, Силиконовая долина, Голливуд, морские добывающие платформы, космодромы и аэропорты, институты, АЭС, ГРЭС, столицы и прочее. В конце списка значились конкретные персонажи с описанием того, как они с вероятностью более 50 процентов могут повлиять в обозримом будущем на судьбу своего мира. Сейчас они еще никак себя не проявили, но в будущем первый мог стать великим ученым, второй полководцем, третий мог стать террористом и убить президента, всего 43 имени.

Бос отдал команду компьютеру произвести расчет необходимых сил и средств для уничтожения всех обозначенных объектов и выдать различные сценарии проведения операции. Вскоре расчет был закончен, Бос выбрал из предложенных вариантов самый мало затратный и, скопировав его на переносной диск, покинул кабинет.

***

Игровой клуб «Хантер» располагался в десяти километрах от столицы. Посреди могучего леса возвышалось здание размером со стадион. К нему не вело ни одной дороги, природа вокруг была девственно чистой. Если бы Бос летел медленно, то смог бы сквозь кроны деревьев разглядеть внизу стада оленей и живность поменьше, но они его сейчас не интересовали.

Бос припарковался на крыше, среди сотен разноцветных ракетопланов и на лифте спустился в сектор «С». Самый большой в клубе. За стойкой администратора сидела миловидная девушка, полирующая пилочкой и без того безупречные ногти. Бос подошел к стойке.

— Здравствуйте. Чем могу помочь? — мило улыбнулась ему администратор.

— Добрый день. Охотник здесь? — вернув улыбку ей в ответ, спросил Бос.

— Как обычно, с самого утра, — девушка взглянула в монитор, — программисты новую локацию написали, вот он со своей командой уже третий день пытается ее захватить, только что-то ничего у них не выходит, потери страшные. Если хотите, можете подождать, скоро, судя по всему, всех перебьют. Сможете поговорить.

— Нет, спасибо, есть свободные кабины? — девушка утвердительно кивнула. — Загрузите меня поближе к нему, там поговорим.

Бос прошел в раздевалку и быстро переоделся в специальный комбинезон. Зайдя в игровой зал, быстро нашел свободную капсулу, вошел в нее и вставил свой именной жетон в прорезь консоли управления. С чавкающим звуком тот втянулся внутрь. Бос подключил толстый кабель к разъему, расположенному на пояснице, дождался, когда зеленым светом загорится диод сигнализирующий о подключении к серверу, надел шлем и нажал на стене сенсор «старт».

Очередь из крупнокалиберного пулемета прострочила насквозь стену, поднимаясь к потолку. По телу и шлему Боса застучали отбитые куски штукатурки и кирпича. Бос упал на пол и перекатился к окну. Сел, опершись спиной об стену, сверху нависал широкий подоконник. Стена от пулеметных пуль не защищала, но хотя бы скрывала его от стрелка. Комната, в которую он попал, была просторной и, судя по копоти на стенах и потолке, недавно пережившей пожар. Вокруг него лежало битое стекло, куски расщепленной оконной рамы и множество стреляных гильз.

Закончив с осмотром Бос оглядел себя, на нем был коричневый камуфляж, разгрузка и ботинки с высоким берцем на шнуровке, голову защищал стальной шлем с прозрачным, пластиковым забралом. На ремне болтался компактный автомат с двумя магазинами, скрученными красной изолентой. Еще четыре магазина лежали в карманах разгрузки. В открытой кобуре на бедре болтался пистолет. Бос достал его, проверил магазин, вставил его в рукоятку, дослал патрон и, щелкнув предохранителем, вернул его назад в кобуру. Бронежилета и каких-нибудь электронных примочек типа прицела не было. «Опять на полной сложности играют»: подумал Бос, «но… с палачом или без палача, а дело делать надо», решил он и осторожно выглянул в окно. Судя по всему, он находился на четвертом или пятом этаже. Улица перед домом была неширокой, буквально в трех десятках метров, с противоположной стороны высились несколько многоэтажек. В их окнах то тут, то там расцветали вспышки выстрелов, хлопали взрывы, вдоль и поперек улицы метались трассера. Над крышей одного из домов завис вертолет и начал опустошать боезапас авиационной пушки. Его цель была где-то справа от Боса, и ему ничто не мешало наблюдать. Бос посмотрел вниз. Проехать по улице можно было разве, что на бульдозере, остовы сгоревших машин и боевой техники, груды кирпичей и целые куски стен захламляли проезд. Кстати, как раз в этот момент, какие-то самоубийцы на кирпичеобразном БМП[2] пытались преодолеть нерукотворную баррикаду из металлоконструкций и железобетона. На бортах у машины были нарисованы эмблемы клуба Хантер. Свои. БМП натужно рычала и выпускала в небо черные клубы выхлопа, автоматическая, башенная пушка выплевывала снаряд за снарядом, разнося в пух и прах большой коттедж, стоящий дальше по улице. Вдруг, из дома напротив, к машине устремились сразу несколько дымных полос. На броне появились рваные дыры, из двигательного отсека наружу выплеснул огонь. Экипаж вывалился из люков и попытался бегом покинуть простреливаемую зону. Одному из них это удалось, но двое после попадания в них пуль замерцали и исчезли. Противник записал на свой счет определенное количество очков за уничтожение врагов. Бос разложил проволочный приклад автомата, и, уперев его в плечо, разрядил магазин, пустив пули веером по окнам, где засели гранатометчики. Потом, не дожидаясь ответной реакции, пригнувшись, выбежал из комнаты, в которой через пару секунд громыхнул взрыв.

Меняя магазин на ходу, он пошел по длинному коридору. В одной из комнат без окон, отделанной серым кафелем, похожей на общественный душ встретил двух бойцов в такой же, как у него форме, они, что-то бурно обсуждали. Выяснив где найти Охотника, Бос спустился вниз по узкой пожарной лестнице. Запасной выход выходил в торец дома. До соседнего здания нужно было пробежать метров двадцать и, как назло, именно здесь хлама, который можно было использовать, как укрытие, практически не было. Зато с избытком было летающей свистящей, шипящей, дымящей смерти. Проулок плотно простреливался в обе стороны. Было не понятно, по кому велся огонь, но стрелки патронов не жалели, пули часто высекали искры из асфальта и рикошетили от стен домов.

Порывшись в карманах разгрузки, Бос нашел дымовую гранату, определил откуда дует ветер и бросил ее с расчетом, чтобы дым укрыл его от стрелков. Подождав пока граната раздымится в полную силу, побежал пригнувшись. С разбегу щучкой запрыгнув в выбитое окно первого этажа, Бос отполз вглубь комнаты и замер. Сердце колотилось с бешеной силой, адреналин переполнял тело, эмоции переливались через край. В него не попали ни разу, хотя могли превратить в решето. И почти ведь превратили, в метре от него разорвался заряд из подствольника, но все осколки прошли мимо, ему достался только легкий звон в правом ухе. Повезло.

Вскочив на ноги, он побежал на четвертый этаж, где как ему сказали, последний раз видели Охотника. Его он нашел у дырки в стене, пробитой пушечным снарядом. Охотник сидел на заднице, широко расставив ноги, между них стоял пулемет на треножном станке, во внутренностях которого, он, ругаясь, копался. Устранив перекос, он с треском захлопнул крышку ствольной коробки и, так же сидя, открыл стрельбу длинными очередями. Бос стоял сзади, наблюдая за этим большим безбашенным человеком. Когда пулемет, выплюнув пустую ленту умолк, Охотник заозирался в поисках коробки со снаряженной лентой и увидел Боса, встал и, подойдя к нему, протянул руку для рукопожатия.

— Давно не виделись, какими судьбами?

— Дело есть, государственной важности. Хочу предложить тебе и твоим ребятам пострелять по живым мишеням... – ответил Бос, пожимая ему руку.

Охотник изобразил на лице удивление, смешанное с непониманием.

— Есть одна планетка, заселенная клонами людей, — продолжил Бос. — Планета, копия нашей, только меньше. У них там города, заводы, короче цивилизация. Я предлагаю вам слетать туда на три дня, сначала разрушить то, что я скажу и постараться ликвидировать некоторых людей, а все оставшееся время сможете развлекаться в свое удовольствие.

— Ты сказал цивилизация, насколько развитая?

— В космос они вышли, только не далеко ушли, реактивные двигатели сам знаешь не фонтан. Вооружение есть мощное, но мы его подавим с орбиты, повесим спутники «глушилки» они им всю электронику современную вырубят. А со старыми механизмами сами справитесь. Вооружение и броню предоставят военные. Так что вам почти ничего не будет угрожать.

— Почти? То есть ты не даешь полную гарантию безопасности?

— Конечно, нет! Там все будет настоящее и оружие в их руках тоже. А умирать, не защищаясь, я больше чем уверен, они не будут.

Охотник задумчиво смотрел в пол, теребя мочку уха.

— По живым мишеням значит… клоны людей… Аж мурашки по коже! Надо же! Еще и с риском для жизни и с разрешения властей? Я думаю, парни согласятся. Детали?

— Все подробности на следующей недели, я тебе скину сообщение. Пока никому ничего не рассказывай, проект секретный. А пока мне предстоит утрясти кое-что в Совете и с военными. До встречи.

Бос пожал Охотнику руку, закрепляя предварительную договоренность, и нажал на кнопку, расположенную на пряжке ремня. Охотник, замерцав, исчез.

Бос быстро отключился от системы, вышел из кабины и, не общаясь ни с кем, улетел на своем ракетоплане. Следующие несколько дней в памяти Боса закрепились плохо. Бесконечная череда встреч, переговоров, административных согласований… Но в итоге дело было сделано. Как говорили далекие предки: «В шляпе». Все-таки не зря он занимает свой пост в компании! Осталось только подписать свой отпуск и можно лететь на Терру. Он заслужил интересный отдых.

Следующая часть >>>

Создание и поддержка сайта

^Наверх